Хангыль, или корейская письменность
Хангыль, или корейская письменность
Как пишут корейцы? Для большинства россиян, которые побывали в этой стране с кратким визитом, ответ очевиден: как чем? да иероглифами, конечно! Действительно, повсюду в Корее можно увидеть непонятные знаки, которые по своему виду несколько напоминают китайские иероглифы. Большинство россиян их и принимает за таковые – и совершенно зря.

В действительности же ситуация совсем иная. В Корее параллельно применяются две основные системы письменности: заимствованная из Китая в начале нашей эры иероглифическая письменность (кор. ханчжа) и изобретённая в середине XV века корейская алфавитная письменность (современное южнокорейское название – хангыль). Подавляющее большинство текстов, с которыми встречается живущий в Корее иностранец, написаны на хангыле, то есть, иначе говоря, алфавитом. Да, самым обыкновенным алфавитом, состоящим всего лишь из 24 букв (14 согласных, 10 гласных)! Внешнее сходство корейских письмён с иероглифами, однако же, не случайно. Люди, которые пять с половиной веков назад разрабатывали корейский алфавит, специально стремились к тому, чтобы такое сходство было максимальным, ведь для них, воспитанных на традиционной китайской культуре, иероглиф был основой всей каллиграфической эстетики. Поэтому корейские лингвисты XV века и разработали такой способ компоновки букв, при котором алфавитная письменность внешне выглядит как иероглифическая.

Однако, помимо алфавита, корейцы пользуются и иероглификой, которая попала сюда из Китая два с лишним тысячелетия назад. Корейский язык не очень походит на древнекитайский, для записи которого иероглифы в своё время и создавались. В древнекитайском языке слово всегда оставалось неизменным. Привычных нам изменений окончаний (русское “человек”, “человек/а”, “человек/у”, “человек/ом”, “человек/е”, “дума/л/а”, “дума/ю”, “дума/ем” и т.п.) в древнекитайском не было, все грамматические отношения выражались исключительно служебными словами. Поэтому одни и тот же иероглиф мог легко записывать неизменное слово. Корейский же язык в этом отношении ближе к русскому. В корейском глаголы спрягаются, существительные – склоняются, в нём есть развитая система суффиксов и окончаний. Все это не позволяет полноценно записывать корейские фразы с помощью одной лишь иероглифики. Поэтому корейское письмо в старые времена тяготело к смешанному типу, который получил распространение и в Японии: корни слов китайского происхождения записывались иероглификой, а суффиксы и слова собственно корейского происхождения писались национальной письменностью. Есть, впрочем, в корейском и японском подходе к иероглифике и немаловажное различие. В Японии иероглифами можно записывать и исконно японские слова, а в Корее – нет. Китайские иероглифы в корейском письме могут быть использованы только для записи китайских заимствований. Однако этих заимствований в корейском очень много, в типичном газетном тексте, например, около 80% слов – китайского происхождения.

Часто спрашивают о том, что же означает иероглиф: слово? слог? звук? Конечно, не звук, а слог. В древнекитайском языке все без исключения слова были односложными (к подобной системе сейчас всё больше тяготеет, например, английский), и каждый иероглиф был выдуман для записи одного односложного слова. С течением времени, однако, слова-однослоги стали сливаться друг с другом, образуя слова, состоящие из нескольких слогов. Эти слова в основном и попали в корейский, а также и в другие языки Дальнего Востока. Сколько слогов в слове, столькими иероглифами оно и записывается. Во всех языках Дальнего Востока иероглифы одинаковые, китайские, но в каждом языке произносятся они по-своему, хотя имеют одно и то же значение (произношение их, как правило, исторически восходит к ныне забытому древнекитайскому произношению).

Приведу лишь один пример. В древнекитайском языке были три слова, которые в современном северокитайском диалекте – государственном языке Китая – произносятся как “да” (“большой”), “сюэ” (“учёба”, “учиться”) и “сяо” (“школа”). Все они, разумеется, записывались иероглифами. Лет сто назад, то ли в Китае, то ли в Японии из этих трёх слогов было “собрано” новое слово. В Японии оно читается “дайгаку”, в Китае “дасюэсяо”, в Корее “тэхаккё”, но пишется оно одними и теми же иероглифами значение у него везде одинаковое – “университет” (если переводить по иероглифам –”школа большой учёбы”). В современном корейском его можно записать двумя способами – алфавитом, то есть просто передавая его корейское произношение или иероглифами, отражая и значение его компонентов.

Другой вопрос, который задаётся очень часто: а сколько всего существует иероглифов? Точного ответа нет. Точнее, ответ, может быть, и есть, но его никто не знает. В самом полном словаре иероглифов, который был подготовлен около тысячи лет назад, было учтено 53 тысячи знаков.

Заведомо известно, что некоторые иероглифы не попали даже в этот гигантский словарь, так что иероглифов ещё больше, скорее всего, около 60 или даже 70 тысяч. Однако то, что на свете существует примерно 70 тысяч иероглифов, вовсе не означает, что грамотный человек должен знать их все. Это и невозможно, и не нужно. Большинство русских тоже ведь благополучно живёт, не зная, что такое “реципроктность”, “окоём”, “скуфья” или “радиолярия”. Из 60-70 тысяч иероглифов, подавляющее большинство составляют различные варианты одного и того же знака или же всяческие архаические термины, вроде названия какого-нибудь особого копья, которое использовалось две тысячи лет назад кочевыми племенами Внешней Монголии. Даже самые образованные люди редко в состоянии запомнить более 10 тысяч знаков, обычному же человеку даже в Китае, где иероглифы используют очень широко, для жизни с лихвой хватает 4-5 тысяч знаков. В Корее и Японии даже хорошо образованный человек редко знает более трёх тысяч иероглифов.

Хотя и в Корее, и в Японии, и во Вьетнаме в своё время выдумали небольшое количество “своих” иероглифов, подавляющее их большинство (99,9%) пишется одинаково во всех четырёх “иероглифических” языках. Точнее, впрочем, будет сказать “писалось”, а не “пишется”, ведь последнее столетие для всех стран региона стало временем реформ. Больше всего пострадала иероглифическая традиция во Вьетнаме, где сто с небольшим лет назад французские колонизаторы и поддерживавшие их католические миссионеры насильственно ввели латинский шрифт. В Японии и Китае после Второй мировой войны тоже были предприняты реформы правописания. В ходе этих реформ (китайская, организованная Мао, была гораздо радикальнее японской) были узаконены некоторые упрощённые, скорописные варианты иероглифов. В Корее же, на Тайване, Гонконге и Сингапуре до сих пор сохраняются исконные полные формы, которые до начала нашего века употреблялись во всей Восточной Азии.

Однако, несмотря на все реформы, большинство иероглифов во всех трёх языках по-прежнему пишется одинаково. Поэтому, увидев записанное иероглифами слово, житель любой из стран региона без труда поймёт его значение. С предложением дело обстоит иначе, ведь здесь большую роль играют не только слова, но и грамматика, которая во всех языках своя и очень разная. Даже если хорошо знающий иероглифику человек увидит записанные иероглифами знакомые слова “университет” и “открыть” в тексте на незнакомом ему языке, он не поймет, что же случилось с университетом: открыли его? не открыли? откроют? хотят открыть? не должны открывать? Все эти “могут”, “хотят”, “должны” и выражаются грамматикой!
Однако общность написания всё равно существенно облегчает взаимные контакты между странами региона.

Дело в том, что не только в корейском, но и в других языках Дальнего Востока заимствований из китайского – фантастическое количество. Обычный корейский газетный текст примерно на три четверти состоит из таких заимствований. Поэтому если все слова китайского происхождения записывать иероглифами, то иероглифы составят примерно половину текста. Именно половину, а не три четверти, поскольку, как мы уже говорили, суффиксы и окончания всё равно записываются корейским алфавитом. Так образованные корейцы и писали до середины нашего века (до конца XIX века они вообще обычно писали на древнекитайском).

Однако после 1945 г. началось постепенное вытеснение иероглифики и укрепление позиций корейского алфавита. С особой скоростью процесс этот пошёл в 1960 и 1970-е годы. Тогда индустриализация привела в город массы крестьян, которые в прошлом не имели возможности изучить иероглифику, но довольно быстро смогли научиться читать и писать на хангыле. Большую роль сыграла и шумная кампания сторонников корейской национальной письменности, объединённых в так называемое Общество хангыля. В результате их активной пропаганды, во многом поддерживаемой как правительством, так и националистической интеллигенцией, многих корейцев удалось убедить в том, что полное вытеснение иероглифики и переход исключительно на алфавитную письменность является не только безусловным благом, но и проявлением “истинного корейского национального духа”.

В результате этой активной пропаганды удалось добиться изъятия иероглифики из программ начальной школы, хотя в средней школе она изучается по-прежнему (официально утверждённый иероглифический минимум составляет около двух тысяч знаков). Произошёл также и переход на алфавитную письменность почти всех публикаций, предназначенных для “простого народа”. В то же время значительная часть специальной литературы и официальных материалов, адресованных представителям экономической, политической и культурной элиты, по-прежнему пишется смешанным письмом с очень широким использованием иероглифики. Во многих начальных школах учителя также продолжают преподавать иероглифы, делая это как бы полулегально. Вызвано всё это отнюдь не консервативностью и упрямством сторонников старинной письменности.

Дело в том, что, вопреки националистической пропаганде, внедрение алфавита отнюдь не является безусловным благом, на что указывают и продолжающие своё сопротивление сторонники широкого использования иероглифики. В своих статьях и выступлениях они подчеркивают, что иероглифика, во-первых, является системой письменности, общей для всех стран Дальнего Востока – Китая, Японии, Кореи, Тайваня, Сингапура, Гонконга и, исторически, Вьетнама. Сейчас укрепление экономических связей между этими странами является одной из важнейших задач их внешней политики. Однако отказ Кореи от иероглифики во многом подрывает подобные связи и затрудняет взаимопонимание между корейцами и их соседями. Второй аргумент, высказываемый в пользу сохранения иероглифики, заключается в том, что она делает “прозрачной” этимологию слов, позволяет легко понимать их происхождение и, при необходимости, просто создавать новые слова и выражения из китайских корней.

По сравнению с новообразованиями из корейских корней или заимствованиями из западных языков такие неологизмы отличаются краткостью и удобством в использовании. В-третьих, без иероглифики понимание специальных текстов попросту невозможно из-за очень распространённой среди научных терминов омонимии (ситуации, когда два слова с разным значением произносятся одинаково). В-четвёртых, наконец, знание иероглифики – это необходимое условие для понимания старой корейской культуры.

Ланьков А.Н "Хаотические заметки корееведа"

Специально для ИА РУСКОР






самое читаемое
    это интересно
    кисэн
    Кто такие кисэн? Это – корейский вариант того явления, которое было широко распространено по всему Дальнему Востоку. В Китае, где собственно и возникла традиция, о которой мы ведем речь, этих женщин называли “цзи” (на русский язык традиционно и неудачно это слово переводится как “певичка”). Японским вариантом была гейша и куда менее известная за пределами Японии ойран. В Корее же с незапамятных времён появились кисэн.
    Пак Чон Хи
    Пак Чон Хи родился 30 сентября 1917 г. в многодетной семье, в деревне в провинции Кёнсан неподалеку от города Тэгу. По окончанию военного училища в Маньчжурии в 1942 г. Пак получил звание лейтенанта. После раздела страны в 1945 г. Пак закончил Военную Академию Южной Кореи, уже в 1946 г. подтвердил свое офицерское звание и, окончив курс за год, получил звание капитана. В 1948 г. Пак был приговорен военным судом к смерти за участии в коммунистической ячейке, но его помиловал...
    Рассеяны ли корейцы? Вопрос, прямо скажем, сложный. По крайней мере, мне кажется, что они в целом не более и не менее рассеяны, чем представители иных известных мне народов.

    Однако, как и в любой другой стране, в Корее есть рассеянные люди, которые всё время что-то забывают повсюду, в том числе и в метро. Статистика, касающаяся того, что было потеряно или забыто в метро, регулярно публикуется, и представляет из себя прелюбопытное чтение. Например,...
    Становление системы радиовещания
    Официальный день рождения корейского радиовещания - 16 февраля 1927 г., когда в эфир вышла радиостанция Кёнсона (Сеул). После освобождение Кореи Сеульская радиостанция побывала под контролем: японской армии, северокорейских коммунистов, местного комитета самоуправления и, наконец, в сентябре она оказалась под контролем американской военной администрации в Корее, сформировавшей на ее базе корейскую радиовещательную компанию – ...
    корейские газеты
    В 1970-е годы корейская печать прошла через суровые испытания в условиях непростой политической обстановки на самом полуострове и вокруг него. Вопрос обеспечения национальной безопасности, возникший в связи с частичным выводом американских войск в 1970-1971 гг., и заявление президента Пак Чжон Хи от 15 августа 1970 г. об инициативах, направленных на достижение мирного воссоединения с Севером, привели к введению жесткой цензуры печати.